Паразитические и нестандартные инфекционные заболевания на улицах Москвы

Паразитические и нестандартные инфекционные заболевания на улицах Москвы

В преддверии создания новой образовательной программы по тропической медицине мы попросили доктора медицинских наук, академика Владимира Петровича Сергиева рассказать, какие паразитические и нестандартные инфекционные заболевания подстерегают нас на улицах Москвы.

 

— Владимир Петрович, есть ли шанс познакомиться с увлекательным миром паразитов, не выезжая в экзотические страны?

Конечно! Уже то, что в связи с нашей новой жизнью люди стали чаще заводить собачек и кошек, чем детей, повышает шанс столкнуться с паразитами.

— Что можно ожидать от собак в Москве? Ну, кроме того, что они кусаются? И того, что иногда они бешеные?

Все прежде всего думают о бешенстве и укусах, а это — самое последнее, о чём надо думать.

— А о чём надо думать до этого?

О паразитах! Вот у нас был под наблюдением маленький ребёнок, примерно годика полтора. И у него были собачьи гельминты, которые выделялись из его организма в огромных количествах, эдакие микрососиски. Этих гельминтов он получил, играя с собакой. А у собаки есть блохи — и вот одну из блох он, видно, проглотил, а блоха — промежуточный хозяин собачьего гельминта дипилидия. Ситуация осложнялась тем, что лекарства против этих собачьих паразитов достаточно неприятные. Поэтому эти препараты назначать детям раньше восьми лет нельзя. В результате «собаколюбия» родителей их ребенку придется страдать до восьми лет и содержать глистов, которые могут вырасти до 70 см, в своем кишечнике. Это только один пример.

На самом деле собака может заразить человека более чем шестьюдесятью паразитами. Собаки — чемпионы по биологической опасности для людей среди всех домашних и сельскохозяйственных животных.

Например, собачий гельминт, который изменил поведение тех же англичан, называется собачья аскарида или токсокара.

По подсчетам экологов, более двухсот пятидесяти тонн собачьих экскрементов ежедневно остаётся в парках, скверах и на улицах Москвы. При этом у нас особенно любят выгуливать собак на детских площадках. У каждой восьмой собаки по «оптимистическому прогнозу» есть эти гельминты. А это значит, почти в каждой кучке «собачьего добра» содержатся несколько сотен тысяч яиц гельминтов. Яиц, которые потом попадают к детям.
К сожалению, эти гельминты, которые привыкли жить в собаке, совсем не приспособлены для жизни в организме ребенка. Вышедшие из яиц личинки начинают метаться по детскому организму, попадают, например, в лёгкие. Кстати, ряд тяжелых легочных патологий и аллергий связан именно с такими собачьими гельминтами. Хуже, когда такая личинка попадает в головной мозг или в глаз ребёнка, и тогда ребёнок необратимо ослепнет.

Когда англичане осознали эту опасность, то, естественно, они запретили оставлять собачью «радость» на своих улицах и в своих скверах. И появились жесткие правила, когда надо за собаками убирать. В дальнейшем эту практику приняли и другие европейские страны.

Ну и, естественно, ни в одной приличной стране не может быть бродячих собак, потому что это слишком опасно.

— То есть, чтобы заразиться, нужно проглотить либо промежуточного хозяина, либо яйцо?

Для одних паразитов собак надо проглотить промежуточного хозяина. Для других надо проглотить просто яйцо. Причём это яйцо должно созреть в почве, и оно совершенно спокойно переживает нашу зиму, а когда снег тает, тогда эти яйца отлично дозревают и становятся опасными для детей.

Вы наверняка обращали внимание на неприглядный вид наших парков и скверов, когда по весне осядет снег и сохранившиеся бесчисленные собачьи экскременты предстают «во всей красе».

Для третьих гельминтов надо, чтобы больную собаку укусил наш подвальный комар, который, к сожалению, во многих квартирах вьётся круглогодично. А через несколько дней этот же комар должен укусить хозяина собаки. Тогда хозяин своей больной собаки получит собачьего гельминта.

— А что делать с этими гельминтами? То есть, насколько я понимаю, они живут не в кишечнике у человека, а путешествуют по организму?

Они не могут жить в кишечнике, потому что человек для них — не естественный окончательный хозяин. И паразиты «мучаются» внутри несвойственного для них хозяина — человека, и одновременно они мучают и человека.

Повторюсь, собачьих гельминтов много. Некоторые из них живут у собак в кишечнике, некоторые — в крови.

Среди тех, которые живут в крови, есть смертельно опасные и для собак: животные погибают от разрыва сердца, когда гельминтов слишком много. Не дай бог, такие гельминты попадут к человеку: они могут и у человека повредить сердце, лёгкие… Бывает, человек замечает у себя под кожей мигрирующий узел, такую двигающуюся шишку. Правда, обычно люди на себя обращают мало внимания, но когда такая шишка оказывается около глаза, то они бегут к офтальмологу. Офтальмолог вскрывает это образование и вытаскивает оттуда нитку длиной, допустим, тридцать-сорок сантиметров, беленькую. Вот, пожалуйста, это — собачий гельминт, пытающийся найти выход.

— А препараты существуют для лечения подобных гельминтов?

Для некоторых — есть, при поражении другими гельминтами — вот теми, которые под кожей или в печени или легких, — приходится оперировать.

— А кроме мигрирующих образований под кожей, что ещё позволяет заподозрить, что ребёнок поражён собачьими гельминтами?

Ребёнок может быть поражён не обязательно собачьими, он может быть поражён и человеческими гельминтами. И вот такой ребёнок, как это ни парадоксально, начинает хуже учиться. В своё время была проведена работа, когда обследовали детей: оказалось, что среди детей с гельминтами в кишечнике двоечников в пять раз больше, чем среди здоровых детей. И это не было связано с умственными способностями ребят: когда их вылечили, то через полгода, то есть через две четверти, среди них отличников стало ровно столько, сколько среди здоровых сверстников, не имевших глистов.

— А столь популярный сейчас синдром дефицита внимания с гиперактивностью — это может быть связано с гельминтозами?

Я не думаю, что это — результат гельминтозов. Я думаю, такое изменение поведения детей — это в значительной степени гаджеты всё-таки. Бедные детишки, которые сидят в мобильных телефонах… И вот оказалось, что мобильный телефон — это основная причина заражения головными вшами.

То есть маленький мальчик играет в свой телефон, а его приятели вокруг него смотрят на этот экранчик, соприкасаясь головами. И вши, радуясь, беспрепятственно ползают по этим головам. То есть благодаря электронным игрушкам появился новый эффективный способ передачи педикулеза.

— А если вернуться к гельминтам: нужно ли проводить профилактическую дегельминтизацию?

Вообще, за исключением особых случаев профилактически травить себя не надо. Если вы куда-то едете, и там существует реальный риск заболеть, то можно посоветовать пить таблетки против малярии или сделать прививку против жёлтой лихорадки, но это — особый случай.

В других ситуациях — если вы что-то почувствовали, сходите к доктору, он поставит диагноз и назначит лечение, выгонит этих гельминтов.

И не создавайте условий, чтобы паразиты попадали в организм, потому что дети, которые целуются с собаками, или, допустим, экзальтированные дамы, которые целуются с собаками, могут получить гораздо более страшную вещь. Речь идет о гельминтах, которые для собак малоопасны, а в организме человека ведут себя подобно злокачественной опухоли. Могут практически полностью уничтожить орган и давать метастазы — личинок, которые разносятся с током крови в другие органы. Иногда приходится сажать пациента на пожизненную терапию.

В Москве сейчас таких случаев немного, а вот в Питере, к сожалению, детей, пораженных эхинококком, становится больше и больше. Хотя я не знаю, насколько в Питере больше собак по сравнению с Москвой, но факт остается фактом.

Чаще всего эхинококкозы встречаются на территориях, где развито овцеводство.

— А если сравнивать Москву с южными регионами России, на юге России такая же ситуация с паразитами?

На юге больше комаров и других кровососов-переносчиков. Поэтому собачьих гельминтов, которых передают комары, в той же Астрахани и Волгограде на порядок больше, чем в Москве. Это так называемые дирофилярии. Плюс к этому, вот вы вспоминали лихорадку Западного Нила — там она есть, и прочие клещевые вирусные лихорадки, которые могут быть на юге.

— Кроме собачьих гельминтов, стоит чего-то ещё в Москве опасаться?

Если говорить о заражении от собак или от других животных? Например, когда мы стали считать, что нам обязательно нужна какая-то живность в городах, то первым на этом «погорел» Новосибирск. Там первыми появились академгородки, а заодно, кстати, и так называемые экологи. И вот когда в таком академгородке стали бегать бурундуки, все страшно обрадовались. Но бурундуки притащили с собой клещей из тайги. И, когда пятьдесят человек оказались парализованными из-за клещевого энцефалита, заразившись в городе, то стало ясно, что надо травить клещей. Но тут экологи встали и сказали — нельзя применять инсектициды, потому что это нарушает экологическое равновесие. Вот пример того, чем можно заболеть в городе.

Подобная ситуация возникла и на курортах Прибалтики, где роль бурундуков сыграли благородные олени со своими клещами.

— А в Москве заболеть клещевым энцефалитом можно?

Сейчас под Москвой фактически нет клещевого энцефалита. Но опасность сохраняется, потому что клещей много. И те же собаки, например, получают от клещей смертельное заболевание — пироплазмоз. Люди тоже могут заразиться, особенно если человеку по каким-то причинам убрали селезёнку, и у него из-за этого ослаблен иммунитет. Такой человек может подхватить ту же самую клещевую инфекцию, в этом случае заболевание носит название бабезиоз. При тяжелом течении и отсутствии своевременного правильного диагноза пациенту может грозить летальный исход.

— А какова в Москве ситуация с комариными лихорадками? Вот вы упоминали, что уже три вида тропических комаров у нас в стране — теперь как свои.

Эти комары пока ещё за Кавказским хребтом, то есть пока они на побережье Чёрного моря. В Западной Европе они распространились гораздо больше, а вот у нас пока ещё нет. Может быть, у нас немного холодней, чем в Западной Европе, потому что у нас четкая широтная климатическая градация. А в Западной Европе за счет Гольфстрима она практически меридианальная. Вот и получается, что комарам по побережью Атлантики безразлично: Испания это или, допустим, Бельгия.

— То есть в Москве не надо опасаться ни денге, ни малярии?

У нас, конечно, есть все эти страхи, да еще нас пугают то Эбола, то Зика. Но пока нам это не грозит.

— Но вот в той же самой Астрахани можно опасаться, что какая-нибудь комариная лихорадка пристанет?

Да, какие-то лихорадки там есть. Например, лихорадка Западного Нила может быть не только в Астрахани, но и дальше. В своё время институт вирусологии показал, что у нас далеко на Севере тоже может быть такая лихорадка, назвали её карельская лихорадка. И тогда говорили, что фактически весь так называемый летний грипп — он не грипп, а наша карельская лихорадка, но я в этом не уверен.

Так что, может быть и есть у нас эти лихорадки, возможно, даже «свои», но, в принципе, на 99% эти заболевания проходят как обычные ОРЗ. То есть человек переболевает и забывает. Ну, могут быть несколько дней высокой температуры, плохого самочувствия, но без серьёзных последствий.

— То есть, если у нас врач пропустит такую лихорадку, поставив диагноз «ОРВИ» — ничего страшного?

Все зависит от того, какую лихорадку пропустить.

— Получается, самое правильное в тактике врача при осмотре пациента с симптомами ОРЗ — начать сбор анамнеза и осмотр с вопроса «выезжали ли вы куда-то»?

Если человека лечат несколько дней, а ему не становится лучше, то либо доктор должен задать такой вопрос, либо сам пациент должен сказать: «А не может ли это быть связано с тем, что я десять дней назад приехал из Кении, из Доминиканской Республики, из Вьетнама, из Камбоджи или из Индонезии?». И тогда доктор обязан подумать: «А вдруг это какая-нибудь экзотика, которую я не очень знаю?». Тогда надо обратиться к специалисту, который, так сказать, знает больше об экзотических болезнях. И то же самое относится к необычной кишечной симптоматике, например, в случае непрекращающегося поноса. Поэтому, если температура не снижается, то надо обязательно обращаться к врачу. И если температура появилась в течение месяца после возвращения из тропиков, тогда к доктору надо бежать. Потому что, если это, допустим, тропическая малярия, а вы остались дома на субботу-воскресенье, то в понедельник, может, доктор вам уже и не понадобится, а нужно будет вызывать специалиста по другим коммунальным службам.

— А если врач заподозрит какое-либо тропическое заболевание, то обращаться куда? В ваш институт?

В Москве в этом отношении очень всё хорошо налажено: есть профилированные инфекционные больницы. Допустим, лихорадки неясной этиологии — это клиническая инфекционная больница № 1. Малярия — это клиническая инфекционная больница № 2. И так далее.

После возвращения из тропиков, а еще лучше перед поездкой, можно проконсультироваться в Институте им. Марциновского при Сеченовском университете.

— И заключительный вопрос. Какие три «золотых правила» должен соблюдать турист, чтобы выжить в поездке? Помимо специальных прививок, если они требуются.

  • Во-первых, если вы останавливаетесь в хорошей гостинице, то там и кушать; не очень быть падким на уличную торговлю, особенно если это — не горячее блюдо, а, например, какие-то овощи, фрукты, зелень или еще какие-то напитки.
  • Во-вторых, к вечеру в тропиках начинают летать и кусать комары, и мошки. Соответственно, вы либо мажетесь репеллентами, либо надеваете одежду с длинными рукавами и плюс к этому — длинную юбку или брюки, чтобы вас не кусали. Потому что от ползающего, порхающего, но — главное — от кусающего можно получить всё, что угодно.
  • В-третьих — беречься льда. Мы привыкли, что у нас вся вода хорошая, а там лёд могут делать из любой воды, в том числе сточной. Пить воду следует только из пластиковых бутылок, избегая всяких уличных экзотических напитков.

— Отлично, спасибо большое.

 

Беседу провела: к. м. н. Юлия Мохова.

Войдите или зарегистрируйтесь.

Только зарегистрированные пользователи могут комментировать публикацию.

Обсуждение (1)

user avatar
Плетнева Анастасия, Педиатрия 18:31 17 Май 2018 г

ну конечно же не будет никаких рисков заполучить какую-то опасную лихорадку здесь, тем более, что все врачи в курсе, где какая эпидемия, и если доктор работает на своем участке, то он точно знает и симптомы и чем лечить данное ОРВИ, а вирусов ведь так много! и хорошо, что есть универсальные препараты, которые позволяют остановить болезнь на самых ранних этапах и не дать развиться осложнениям, виферон тот же, например.

Читайте также